[indent]Молчалив. Угрюм. Не особо разговорчив.

[indent]Я пытаюсь моментами улыбаться, но это выходит как-то слишком вымученно. Благо объяснить легко — вымотался из-за количества магии, которую потратил.

[indent]Обратный путь кажется мне мукой. Я знаю к чему я еду и знаю зачем, но с каждым километром оставшимся позади мне всё страшнее.

[indent]Страх грохочет бьющимся сбивчиво сердцем, но я упрямо его успокаиваю, стараюсь под контроль взять. Всё будет хорошо, совсем скоро мне будет гораздо спокойнее.

[indent](ты мало похож на того, кому нечего скрывать. посмотри как ты напряжён и какой нервный. предчувствую, что вот-вот твой попутчик закидает тебя вопросами, отчего ты будешь беситься ещё больше, потому что не хочешь отвечать. я-то на твоей стороне, поэтому возьми себя в руки).

[indent]Вздыхаю глубоко. Сейчас я не хочу его слушать, не могу. И в первую очередь стараюсь отключить этот голос и стараюсь наполнить сознание воспоминаниями, приятными.

[indent]Та ночь в мотеле была прекрасной и пролетела как одно мгновение. Так всегда происходит. Ужас и кошмар длятся вечность, а нечто прекрасное всего лишь одну грёбанную секунду. Я старался каждую деталь в памяти выжечь, каждое горячее касание, но голова была в тумане и будто бы вообще сон. Размытые пятна перед глазами, оглушающие но такие далёкие стоны в унисон, постоянные электрические разряды, что на физическом уровне в каждой клеточке тела ощущал. Сколько слов сказано, сколько признаний. Сколько раз я сказал, что люблю его? А сколько раз он мне ответил? Сотню, две сотни. Это слово на языке с привкусом пота, спермы, жарких поцелуев. Это обещание до конца жизни умирать от боли, но никогда не забывать/не отпускать. Это страх перед будущим, которое для меня уже определено. Это ложь в каждой улыбке с внушением: всё будет хорошо. Это толчки бесконечные, ностальгия, снова в прошлом, снова вдвоём, снова в этих объятиях. Это к херам сбившееся дыхание, да и просто невозможность дышать. Трахались до изнеможения, отдавая друг другу всё, что только можем, а затем уснули в объятиях друг друга, как делали это раньше. Я давно не чувствовал себя настолько восхитительно, но это лишь временное явление.

[indent]Нам пришлось вылезти из этой кровати, пришлось выйти из мотеля и закрыть за собой дверь, оставляя там всё. А дальше нужно было сосредоточиться на деле.

[indent]Нужно отдать Кристиану должное — он не совсем дебил. Сделать невидимый магический лабиринт идея годная. Из лабиринта вообще выйти то сложно, а если ты не видишь даже стен, то пиши пропало. Ну, почти. Я то ведьмак, мне проще. Но мы убили на это пару-тройку часов и я уже наполовину был выдохшимся, слишком много ресурсов было потрачено. Потом пришлось снять ещё несколько заклинаний, затем спуститься в колодец, где у меня забрали последние магические силы, но всё это того стоило — связующий узел был у нас и облегчение не заставило себя долго ждать, правда снова ненадолго.

[indent]Я выдохну, когда покину эту машину, когда окажусь дома, когда доведу дело до конца и перечеркну всё ради него. Ради Адриано. Я не драматический герой, да и вообще не герой, но из всей сложившейся ситуации я вижу лишь один-единственный выход, чтобы всех всё устроило. Адриано больше не должен страдать от рук Кристиана, как и я. Устал бороться, устал бояться, поэтому ухожу на заслуженный отпуск, пусть это меня и пугает. Сомнений миллиард. А что, если этим я сделаю хуже? Что если причиню больше вреда чем пользы? Что если пострадают невинные люди? Такое ведь уже было и я поклялся себе, что подобного не повторится. Но я снова иду на жертвы и снова лишь ради одного человека. Он единственный, кому я могу отдать абсолютно всё.

[indent]От долгого сидения за рулём в глазах уже рябит, но я продолжаю упрямо давить на газ, я не хочу останавливаться. Я решил что на обратном пути перерывов на мотель не будет, потому что я просто сломаюсь. Итак тяжело держать себя собранным, а если Адриано снова меня поцелует, снова прижмёт к себе я с ума нахрен сойду и расскажу ему всё, а он, в свою очередь, не позволит мне совершить задуманное и всё в очередной раз пойдёт по одному известному месту. У меня такой роскоши нет. Пусть я устал до ужаса, пусть ощущаю магическую пустоту, после такого обычно сплю пару суток, но лишь крепче зубы сцепляю и держу глаза широко открытыми, чтобы следить за тёмной дорогой.

[indent]Но я знаю, что ещё должен сделать — успокоить Адриано, ибо иногда моё второе я говорит очень разумные вещи. Я должен взять себя в руки.

[indent]— Эй, веселей, мы ещё на шаг ближе к тому, чтобы освободить тебя хотя бы от одной связи — поворачиваю на секунду голову, вглядываюсь в этот прекрасный, любимый профиль, улыбаюсь мягко и протягиваю руку, кладу поверх его руки и нежно сжимаю — Кроме того, я нашёл способ избежать жертвоприношения от моих рук, так что не надо думать о себе слишком много, не зазнавайся, я могу сделать для тебя всё, да не всё — усмехаюсь, голос свой контролирую и ни грамма боли не пропускаю. Ложь срывается с губ весело, легко, непринуждённо — Разберёмся с этим, а потом будем думать дальше — выдыхаю. Только этого "потом" не будет со мной. Дальше Адриано придётся самому разбираться, но я не могу его к этому подготовить и от этого физически в сердце ноет, колет, разрывает, болит до ужаса. Хочу кричать, хочу рыдать, но эти эмоции остаются под тяжёлым замком.

[indent]— Просто доверься мне — крепче руку его сжимаю. Касаться к нему жизненно необходимо, позволить себе чувствовать хоть ещё немного — Ты уже думал, как будешь говорить с Марией? Один её не верный вопрос и... мы оба знаем какая она, когда злится и ревнует — ещё одна вещь, которая адски меня беспокоит. Адриано и правда должен быть готов, надеюсь, и он это понимает.

[indent] Всё будет в порядке.

[indent]Нам просто нужно доехать домой и всё станет... Как? Хорошо? Да нихуя не хорошо. Нормально? Нет абсолютно ничего нормального в том, что я собираюсь сделать. Терпимо? Может быть. Я ведь уже не буду видеть, что происходит. И я знаю, что это правильное, верное решение. Я делаю это ради Адриано, но в то же время понимаю, что тем самым бросаю его на произвол судьбы, с этой связью с Марией, а так же беспощадно выдёргиваю себя из его сердца. Без анестезии, без объяснений. Но вот о последнем я точно думать не могу, не выдержу. Может моё второе я хоть что-то придумает с Марией?

[indent](ты это о чём, тедди? что у тебя за план, что ты так страдаешь каждую секунду и о, заметь, СНОВА ИЗ-ЗА НЕГО. он тебя в могилу сведёт, а меня такой вариант не устраивает).

[indent]Я не могу ответить ему, ещё слишком рано. Я просто не выдержу волны ликования в своей голове, а он будет ликовать, причём очень бурно и громко, ведь так долго этого ждал, а теперь я исполню его желание добровольно.

[indent](да о чём ты, мать твою, размышляешь? если дело касается меня я должен знать, тебе не кажется?)

[indent]Вздыхаю глубоко и мысленно произношу "потом" и кажется, этого достаточно, чтобы внутренний голос таки заткнулся. Он уже подозревает что к чему, но больше ничего не спрашивает. Он знает, что это случится, когда мы вернёмся домой, а осталось уже и не так долго.

[indent]Каждый километр новая порция боли и ужаса. Я не готов говорить Адриано "прощай", я вообще не готов расставаться с ним, но как иначе? Да и он особо не помогает своими словами.

[indent]Fuck. Как бы я хотел, чтобы всё было так просто. Сколько раз я себе представлял, что мы просто уезжаем, сбегаем и отдаём остаток жизни лишь друг другу. Я так сильно его люблю, так сильно мечтаю, чтобы каждую блядскую секунду он был рядом со мной. Чтобы я мог его касаться, вот так держать за руку, целовать когда только вздумается. Лежать на каком-нибудь пляже, потягивать коктейли на соседних шезлонгах, купаться, улыбаться, а вечерами под одним пледом смотреть на закат. Для вас это романтический бред, а для меня смысл. Я бы всё отдал, душу кому угодно продал, лишь бы воплотить этот сценарий в жизнь. Лишь бы каждое утро просыпаться рядом с ним, еле заметно проводить пальцами по его лицу, наслаждаться его безмятежным видом, убирать тёмную прядь со лба, а затем широко улыбаться, когда он просыпается, смотрит на меня и говорит что это слишком жутко, пялиться на него пока он спит. А затем трахаться. Не заниматься любовью, нет, мы никогда не занимались ею. Мы неистово трахаемся до изнеможения, отдаём друг друга абсолютно всё. И эта блядская мечта так близка и так далека, что разбивает мне сердце.

[indent]Мы не можем. Просто не можем. Потому что жизнь в бегах и в постоянном страхе, что нас найдут, не вписывается в ту тщательно прорисованную картину. Мы сойдём с ума, мы не сможем осесть, и моя проблема с пассажиром в голове только усугубиться. Слишком много препятствий. Слишком много "но". И я не считаю, что драматизирую. Проблемы неиссякаемы и пока они существуют мы не можем быть вместе и свободны.

[indent]Это адские мысли. До ужаса, до крайности болезненные и в какие-то секунды глаза начинает щипать, но я делаю вид, что они просто устали. Тру одной рукой, не давая и повода на сомнения.

[indent]— Я найду, как разрушить эту связь, я тебе обещаю, Адриано — шепчу тихо и это настоящее обещание, я просто не уточняю, когда именно. Наверное, когда смогу вернуться — А на счёт того, чтобы сбежать... — на губах тяжёлая, горькая полу улыбка — Однажды, возможно мы сможем это сделать, но не сейчас. Я не хочу жить с тобой в постоянных бегах и ты этого тоже не хочешь. Кристиан никогда не оставит меня в покое, пока не добьётся своей цели или пока я его не убью. Мария не успокоится, пока не вернёт тебя, а стоит ей сказать лишь одно слово и всё будет кончено. Думаю, если мы сбежим, а она нас настигнет, то больше не будет колебаться. Просто прикажет тебе вырвать мне сердце, причём не в метафорическом плане — горечь на языке, губах, в лёгких, в каждой сука клеточке тела — Я хочу быть с тобой, я твой, слышишь? Но не так, не сейчас — я говорю именно то, что должен сказать и убеждаю не только Адриано, но и себя, ведь я просто на грани срыва балансирую и подобные разговоры не помогают мне держаться намеченного курса. Я устал. Я хочу, чтобы всё закончилось.

[indent]Но всё же умудрился дать Адри повод сомневаться в своих словах и действиях. Он всегда меня чувствовал, всегда будто читал мысли, считывал реакции, ощущал блять кожей. И то что происходит сейчас вообще не исключение. Я сам виноват, слишком распсиховался и теперь в срочном порядке должен это исправить. Прямо сейчас, сию секунду.

[indent]Вздох глубокий. Осторожный. Чтобы сдержать всю блядскую бурю эмоций внутри, так глубоко, как только возможно. Не торопясь съезжаю на обочину, ставлю машину на ручник и полностью поворачиваюсь к Адриано. В его взгляде столько тревоги и мне тошно от того, что причина этой тревоги я. Не хочу, чтобы он страдал. Я блять хочу, чтобы он был счастлив! Отпускаю его ладонь, придвигаюсь ближе и опускаю свои руки на его лицо, мягко поглаживаю большими пальцами кожу под глазами — Адриано, я просто устал — говорю тихо, вкрадчиво, голос не дрожит, на удивление. Вообще не понимаю откуда во мне ещё есть силы на этот самоконтроль — Магия не бесконечна, а я потратил её просто дохера и мы не останавливаемся, потому что после такого мне нужно будет проспать несколько суток, но перед этим я должен сделать дело, закончить. Мало ли что может случится, пока я сплю, и я не смогу помочь тебе — продолжаю мягко поглаживать его кожу, его идеальную, гладкую кожу, в глаза его пристально смотрю и сердце к херам сбивается — Поэтому я так тороплюсь попасть домой, только и всего. Я прошу тебя, перестань накручивать, тебе абсолютно не о чем переживать — ободряюще улыбаюсь, но не могу не сделать то, что делаю дальше, просто невозможно удержаться. Я наклоняюсь ближе, обдуваю его губы горячим дыханием — Я твой, всегда был и всегда буду — тихий-тихий шёпот, а затем накрываю его губы своими в сладком, медленном поцелуе. Тело моментально отзывается, начинает дрожать под гнётом бесконечных эмоций, что вызывает во мне Адриано. Я углубляю поцелуй и дыхание моё пропадает. Лишь тихие стоны, которые Адри и крадёт. Fuck. Чувствую, как член моментом начинает наливаться и это не есть хорошо. И теперь мне до ужаса тяжело и страшно прерывать этот поцелуй. Одной рукой обнимаю за шею, вторая зарывается в тёмные шелковистые волосы, слегка пальцами стягиваю у корней и продолжаю целовать жадно, глубоко, медленно, отчаянно.

[indent]Я совершил ошибку остановившись. Я не желал затягивать прощание, я ведь уже всё решил — просто как можно скорее вернуться домой и дело с концом. Но сердце решает по другому, оно ноет, тоскует, жаждет ещё раз прикоснуться к Адриано. Но fuck, ведь всё равно будет мало, так какая к чёрту разница? Одним разом больше, одним меньше. Зачем намеренно вновь и вновь, раз за разом причинять себе боль? У меня нет ответа. Я вечно на какой-то грани между эйфорией и беспросветной болью, когда рядом Адриано. То я люблю его до безумия, то вспоминаю о том, что он сделал. То жажду каждой клеточкой тела, то хочу оборвать все связи, закончить наконец мучения для обоих. Но все мы прекрасно понимаем, что на такое я не пойду никогда. Почти никогда.

[indent]То что я собирался сделать как раз таки и подразумевает разрыв. Я сомневаюсь, что моё второе я жаждет Адри так же как я, он его скорее ненавидит, а не мечтает провести с ним жизнь. Так что я просто хочу, чтобы де Лука пережил всё это и жил дальше. С Марией или без неё, не важно. Главное, чтобы пережил, смирился и хотя бы попытался быть счастливым. Но что-то мне подсказывает, что я своим поступком доведу его до бешенства, но мысленно молюсь, что моя тёмная половина, когда вступит в свои права, просто свалит из города и начнёт своё кровавое путешествие подальше от Белвью. Было бы идеально. Но я понятия не имею как будет на самом деле, мне остаётся лишь догадываться и надеяться на лучшее. Но от этого становится лишь ещё хуже. Как и от каждого слова Адриано. Как и от каждого поцелуя. Как и от каждого нового прикосновения.

[indent]Раньше от такого я готов был взорваться от счастья. Взгляды Адриано обжигали и заставляли улыбаться, я светился изнутри двадцать четыре на семь и адски тосковал, когда мы проводили ночи раздельно, но всегда на связи. Переписки, звонки, видеозвонки. Бесконечные слова о любви, подколы, разговоры о том, что и кого терзает, дрочка по видео, ласковые слова, ожидание встречи. Когда лежишь без сна, потому что тебе жесть как не хватает его объятий, смотришь на часы каждые десять минут, а время будто назло замедляется. Как под утро таки засыпаешь и тебе и там снится он. А после звонит будильник и просто без завтрака вылетаешь из дома, скорее в нашему тайному месту, чтобы сказать "привет" лишь спустя двадцатиминутный поцелуй, ибо контролировать невозможно. Как только видишь его сразу же накидываешься, накрываешь его губы своими стараясь утолить тоску за прошедшие восемь часов. И это было истинное счастье. Бесконечное. Которое затапливает тебя, лишает кислорода. Блять, сколько же чудесных воспоминаний у меня с ним. А теперь...

[indent]Теперь я тоже целую его крепко и со всей любовью, но прежней эйфории нет. В голове мерзкая мысль — это в последний раз, сейчас уж точно. И эта мысль гораздо навязчивее даже моего второго я, которое я таки смог засунуть подальше и пока не слышу его голос.

[indent]Зря я прибился к этой чёртовой обочине. Адриано всё равно мне не поверил и какой толк? Толк в том, что я снова раздираю себя на куски, мучаю сердце, душу, даже тело.

[indent]Вот же дерьмо.

[indent]Но при этом остановиться не нахожу сил.

[indent]Поцелуй глубокий, яростный, отчаянный. Требовательный. Каждая клеточка тела вибрирует под напором и пропускает через себя электрический ток. Воздух в замкнутом пространстве машины моментально густеет, не оставляя нам кислорода, но он и не нужен, наше топливо сейчас это наши же дыхания и тихие стоны, влажные поцелуи до боли и касания, которые выражают глубочайшую необходимость друг в друге. Резко поцелуй прерываю и снова поглаживаю его по лицу.

[indent]— Глупость уже то, чем мы тут занимаемся, так что обещать не могу — хрипло, жадно воздух губами хватаю и усмехаюсь мягко — Всё будет хорошо, Адриано, я обещаю тебе. Тебе абсолютно не о чем переживать — ложь слетает с губ выверено, профессионально. Я убеждаю и себя, и его. Пусть мне и мерзко, что обещание моё пропитано ложью, но выхода иного нет. Пусть внутри в очередной раз что-то надламывается с ужасающим хрустом, но снова — должен терпеть. Как всегда это делал.

[indent]Снова целую Адриано и снова задыхаюсь. Всеми силами пытаюсь очистить голову и более или менее это получается, когда чувствую, как Адри касается моего члена. Сначала поверх одежды, затем просовывает руку, но это адски неудобно. Поэтому не прерывая поцелуй жадный я быстро расстёгиваю свои джинсы и слегка их приспукаю. В машине до пиздеца неудобно, но плевать, мы делали это раньше сотню раз. Сразу же после этого руки тянутся к его пуговице и к его ширинке — Fuck — на выдохе слетает с губ. Как же сильно я его хочу, этого просто не описать. И если минуту назад я считал всё ошибкой, то теперь вновь ощущаю острую необходимость и правильность происходящего. Тело моё горит, жаждет, член твёрдый словно гранит, впрочем, как и у Адриано. Я касаюсь его головки мягко, делаю так же как он, размазываю смазку и начинаю дрочить. Не нежно, не медленно, а сразу с силой, сразу быстро. Рефлекторно несколько раз толкаюсь ему в кулак и блять, как же это восхитительно. Снова и снова хватаю его губы, лёгкие горят, по телу дрожь невероятная. Я хватаю его зубами за нижнюю губу, оттягиваю и после шепчу  — Fuck, как же охуенно — голос срывается, хрипит, со стонами перемешивается — Я не смогу долго, ощущение что кончу вот-вот. Тоску эту не унять и слишком много воспоминаний связанных с машиной... и .. ты... такой... блять... горячий — дышать не могу, не соображаю, слова вообще сложно вспоминать, сложно говорить. Сгораю изнутри и снова целую жадно и ещё активнее член надрачиваю.

[indent]Оргазм и правда приходит быстро, как у меня, так и у него. Мы всегда слишком хорошо чувствовали друг друга и данный момент не исключение. Я ощущаю собственную пульсацию и его. Я чувствую как скопившееся напряжение выталкивается. Чувствую как сперма стекает после его кулака по стволу и сладостно ощущаю, как его желание наполняет мой кулак. Замедляю поцелуй. Если не остановлюсь просто умру от недостатка кислорода. Лбов в его лоб упираюсь — Чёрт, как же хорошо — на секунду прикрываю глаза, сглатываю, а затем отстраняюсь, но не резко, чтобы не пугать. Чистой рукой достаю салфетки, ему протягиваю и смываю следы преступления. Подтягиваю джинсы обратно, застёгиваю и стараюсь налаживать дыхание, хотя это безумно сложно. Хвастаюсь за руль, заводу машину, но прежде чем тронуться вновь смотрю на Адриано — Я люблю тебя больше жизни, слышишь? Лююююблююю — протягиваю как-то по детски, с расслабленной весёлой улыбкой и только после этого снова смотрю на дорогу и трогаюсь с места. Осталось ехать меньше часа.

[indent]Меньше часа...